Во всем мире число пациентов, которым требуется пересадка органов, увеличивается с каждым годом. Это связано с тем, что благодаря трансплантации врачи научились лечить больше заболеваний. О том, как развиваются трансплантационные программы в России, будут ли использоваться органы животных, а также о потенциале посмертного донорства — в материале GxP News.
Сегодня трансплантации почки, сердца, печени, легких уже не вызывают удивления. Оказание высокотехнологичной медицинской помощи стало нормой. Успехи трансплантологии связаны с развитием двух независимых сфер: совершенствованием хирургических техник и методов анестезии и достижениями иммунологии и фармакологии. И если первое направление обеспечивает успешное проведение операций, то второе — благополучное протекание послеоперационного периода.
Трансплантация почки стала доступной
Современная трансплантология начиналась с пересадки почки, и сегодня это одна из наиболее распространенных операций в этой области. О том, что российская медицина в 2025 году достигла значительного прогресса в области трансплантации почек, на пресс-конференции рассказал директор НМИЦ трансплантологии и искусственных органов им. ак. В.И. Шумакова, главный внештатный специалист трансплантолог МЗ РФ Сергей Готье.
По его словам, в прошлом году количество проведенных операций достигло 2188.
«С 2026 года трансплантация почки становится частью основополагающей программы государственных гарантий, и она будет включена в ОМС. Это означает, что если регион, осуществляющий трансплантацию почки, располагает определенной группой пациентов, которые нуждаются в этом лечении, то он больше не обязан ограничивать себя в количестве пересадок, как было ранее. Прежде трансплантация почки была включена в государственное задание, что объективно сдерживало возможности региона», — отметил он.
Несмотря на то, что количество этих операций увеличивается с каждым годом, оно не охватывает всех нуждающихся, потому что постоянно увеличивается число пациентов на заместительной почечной терапии (основное показанием к трансплантации почки). Сегодня на диализе в России находится 60 000 взрослых пациентов. Но трансплантологи могут помочь лишь тем, у кого нет противопоказаний для проведения операции, а эта группа включает около трети, то есть порядка 15 000 пациентов.
«Я не думаю, что мы справимся с этим огромным потоком в ближайшее время», — говорит Готье.
В Российской Федерации проводить трансплантацию могут только государственные медучреждения с необходимой лицензией, которые входят в утвержденный Минздравом и Российской академией наук перечень. Всего в стране 68 таких центров в 38 регионах. Одна из актуальных задач — увеличить их количество, чтобы приблизить жизненно важные виды лечения к населению в регионах, а не вынуждать тяжелобольных людей ехать за помощью в федеральные центры.
При этом проблемы с пересадкой почки детям в России практически решены. Специалисты выявляют детей, приближающихся к фазе заместительной почечной терапии (перевод на диализ), затем проводятся многочисленные анализы и исследования, после чего ребенка снимают с диализа и организовывают трансплантацию органа от посмертного донора, если нет родственного.
«Наш опыт аллотрансплантаций от несовместимых доноров самый большой в мире. Фактически пятая часть наших реципиентов — дети, которые получают органы от родственных доноров, но они по системе АВО (совместимость групп крови – прим. ред.) несовместимые. Но даже в этих случаях демонстрируются те же самые результаты, которые мы получаем при трансплантации совместимых», — говорит Сергей Готье.
Но донорство по-прежнему остается острым вопросом. В 90% случаев пересаживаются трупные почки, их дефицита нет сегодня и в Москве, и Санкт-Петербурге, в региональных центрах также с каждым годом расширяются возможности посмертного донорства.
«Но мы бы хотели, чтобы клиники больше использовали родственное прижизненное донорство, но этим занимаются в стане лишь единичные учреждения», — говорит Сергей Готье.
Мировое лидерство российских врачей
Только за 2025 год в НМИЦ трансплантологии было выполнено 1081 трансплантаций печени. Методику операции освоили и во многих регионах. Поэтому, по мнению академика Готье, национальная потребность, которая составляет около 1500 трансплантаций в год, будет в ближайшее время закрыта как у взрослых, так и у детей.
Как отметил эксперт, российские трансплантологи по-прежнему сохраняют мировое лидерство в трансплантации сердца детям. За прошлый год в НМИЦ трансплантологии сделали 24 такие операции. Использование искусственных левых желудочков сердца стало жизнеспасающей опцией для детей с терминальной стадией хронической сердечной недостаточности.
Механический «мотор» дает возможность жить и расти, а для определенной категории пациентов становится той ступенью, которая позволяет дожить до времени, когда для пересадки может быть использовано сердце взрослого донора. Сегодня минимальный вес ребенка, которому была сделана такая трансплантация – всего 28 кг.
Число трансплантаций сердца взрослым за прошлый год составило 340 операций. «Для такого количества трансплантаций приходится иметь дела с пациентами крайне тяжелыми, на терминальных стадиях сердечной недостаточности, в ряде случаев эти пациенты находятся на механической поддержке кровообращения и требуют экстренных трансплантаций. Должен отметить возможности московского донорства, оно полностью соответствует международным критериям и помогает нам», — так оценивает ситуацию академик С.В. Готье.
Ощутимый прогресс достигнут и в трансплантации легких, 40 операций проведено в центре за прошлый год. Главной причиной увеличения их числа стало изменение подходов к выбору пациентов. Так, в орбиту внимания и попали тяжелые больные с сопутствующими заболеваниями, и возможность коррекции самих органов при подготовке к имплантации с помощью перфузионных технологий.
«2025 год — это фактически год демонстрации возможностей этих технологий в отношении посмертных донорских органов, когда качество человеческого органа не совсем соответствует критериям отбора. Во многих трансплантационных центрах и зарубежных, и наших эти органы признаются непригодными к трансплантации, хотя это далеко не так. И различные виды перфузионных методик, которые разработаны в мире и усовершенствованы в нашем центре, позволяют четверть отвергаемых органов признать пригодными и, тем самым, увеличить число операций», — рассказывает Сергей Готье.
Трансплантация помогает при диабете
Еще одно направление, которое развивается в России — трансплантация островков Лангерганса — клеток, ответственных за производство инсулина. Сегодня врачи могут пересадить больному с диабетом I типа поджелудочную железу. Такая практика есть, но по мнению Сергея Готье, менее травматичным и более перспективным является введение островков Лангерганса в виде взвеси и их имплантация в печеночное русло.
Именно в НМИЦ трансплантологии разработали методику, которая позволяет более эффективно и в больших объемах получать островки Лангерганса, чем при других методах, существующих в мире.
«Я не склонен говорить, что эта методика излечения диабета. Это далеко не так. Метод рассчитан на определенную группу больных, которые уже получают иммуносупрессию, потому что у них пересажена почка. Но добавление к лечению этих пациентов островков Лангерганса создает предпосылки для замедления развития осложнений сахарного диабета, которые приводят к гибели трансплантатов. Такое комплексное лечение сейчас доступно. Мы рассчитываем на 100 пациентов в год, чтобы понять дальнейшую судьбу метода», — рассказывает Готье о планах центра.
В мире животных
Взгляд трансплантологов по всему миру постоянно обращается и в сторону использования для трансплантации человеку органов, полученных от животных. Но на данном этапе не существует возможностей взять под полный контроль реакцию отторжения. Безусловно, присутствует и морально-этический аспект.
«Человек не должен являться моделью для отработки этой методики. Как мы могли наблюдать, обе трансплантации человеку сердца свиньи, которые были проведены в США, кончились гибелью пациентов. Это было связано с тяжелой иммуносупрессией и заболеваниями вирусными инфекциями, характерными для свинец», — говорит Готье.
Именно после этих неудач один из основателей трансплантологии Томас Эрл Старзл сказал: «ксенотрансплантация (пересадка нечеловеческих органов – прим. редакции) — это наше будущее, и оно им останется всегда».