Маркировку товаров могут обложить госпошлиной. Такое положение содержится в проекте поправок в Налоговый кодекс, внесенных правительством в Госдуму в октябре этого года.
Пошлина будет оплачиваться за внесение сведений об обороте товаров в систему маркировки «Честный знак». Сейчас передача сведений в госсистему бесплатная: производители и импортеры платят только за сам цифровой код Data Matrix, стоимость его нанесения на каждую отдельную упаковку составляет 50 копеек без учета НДС, следует из информации на сайте оператора маркировки, ЦРПТ.
Средства, получаемые от новой пошлины, планируют направить на развитие отечественной электроники. Ее размер пока неизвестен, его позднее установит правительство, следует из законопроекта.
Конкретного перечня продукции, которая подпадет под госпошлину, пока тоже нет, он будет установлен только после 1 января 2026 года. Но эксперты фармотрасли полагают, что нововведение может коснуться и лекарств, обязательная маркировка которых действует с 1 июля 2020 года.
Мы попросили представителей отрасли порассуждать, что будет, если лекарства обложат госпошлиной, и как это может повлиять на их стоимость. Какой размер госпошлины будет приемлемым для бизнеса и как это скажется на ценах для потребителей?
Мы понимаем желание правительства решить ситуацию с пополнением бюджета, но решение о введении госпошлины на маркировку лекарств может ударить по препаратам низкого ценового сегмента.
Препараты в ценовой категории до 100 руб. в структуре рынка самые массовые, их покупает почти 50% населения. Это все инфузионные растворы и вся «госпиталка», аспирины, анальгины, парацетамолы, обезболивающие, сезонные препараты, те же капли в нос, ранозаживляющие, такие как зеленка и йод. Это самые ходовые препараты, необходимые и в сельской больнице, и в высокотехнологичном центре. Все они окажутся в группе риска.
Этот сегмент у нас и так вымывается с рынка: по одним таким препаратам рентабельность стремится к нулю, другие становятся убыточными и снимаются с производства. А если мы еще добавим на них пошлины, то производство препаратов низкого ценового сегмента может закрыться. Это предсказуемо ударит по социально незащищенным слоям, в частности пенсионерам.
Вопрос введения пошлины мы уже обсуждали на заседании в Торгово-промышленной палате. Там были замминистра здравоохранения России Сергей Глаголев, вице-президент ТПП Владимир Падалко и представители фармкомпаний. А на 6 ноября назначена еще одна большая встреча. Пока наша общая позиция — как минимум низкий ценовой сегмент подвергать дополнительным пошлинам нельзя. При этом мы понимаем, что администрировать такой отбор будет крайне сложно. Сама схема работы пошлины такова, что ее накладывают на все либо ни на что. Отдельно не выбирают.
Еще не все расходы, связанные с маркировкой, производители покрыли, в частности расходы на оборудование, которое наносит цифровой код Data Matrix. Мы постоянно тратим средства на чернила и прочие расходные материалы. Мы поменяли на упаковках препаратов низкого ценового сегмента картон на более дорогой, потому что на макулатурном код маркировки расплывается. И плюс за каждый код мы еще платим 60 копеек, из них 10 копеек — это НДС.
Если добавить сюда еще пошлину, может сложиться ситуация как с физрастворами, когда год назад они исчезли с рынка. Производителям вовремя не дали поднять цену, и производство физраствора стало убыточным. Было выгоднее производить и продавать питьевую воду в бутылках, которая стоит в магазине минимум 30–40 рублей, а не стерилизованную воду для инъекций за 12 рублей.
В среднем и высоком сегментах дополнительные расходы на пошлину не будут ощутимы.
Если государство введет пошлину на маркировку лекарств, рост себестоимости препаратов неизбежен — вопрос лишь в масштабе. Пока размер возможного сбора не определен, прогнозировать последствия трудно. Если пошлина окажется символической, влияние будет минимальным. Однако значительный размер платежа способен серьезно изменить ситуацию.
Главная статья расходов в системе маркировки связана не столько со стоимостью самого кода, сколько с модернизацией производственных процессов: закупкой оборудования, наймом персонала, перестройкой логистики. Комплексы для нанесения кодов на упаковку обходятся предприятиям в миллионы рублей — сюда входят принтеры, краска и сопутствующие материалы.
У дистрибьюторов нагрузка меньше: оборудование для сканирования маркировки проще и дешевле, но требует большего числа сотрудников. Их разовые расходы могут составлять от нескольких сотен тысяч до миллиона рублей. Тем не менее основное финансовое бремя ложится именно на производителей.
Маловероятно, что госпошлина превысит цену одного кода. Для компаний, выпускающих миллионы упаковок в год, даже дополнительные полмиллиона рублей не станут критическим фактором.
По обсуждаемым сейчас планам пошлину будут взимать единожды — при вводе препарата в оборот. Этот процесс осуществляют импортеры и производители, то есть крупные компании. Аптеки к этому этапу отношения не имеют: они работают уже с товарами, введенными в оборот, и при продаже лишь выводят их из системы. Пошлина на этот этап не предполагается. Сбор не будет начисляться на каждом этапе движения товара, а значит, влияние на конечную стоимость препаратов останется ограниченным.
Речь идет о незначительных дополнительных затратах в масштабе отрасли, которые вряд ли повлияют на ситуацию в целом. Вопрос лишь в том, хватит ли этих средств для реального развития отечественной электроники — и стоит ли это делать за счет здравоохранения. Пока же остается дождаться конкретных решений, чтобы судить о последствиях.
Введение госпошлины за внесение сведений об обороте товаров в систему «Честный знак» может существенно повлиять на фармацевтическую отрасль.
Для фармпроизводителей госпошлина увеличит себестоимость лекарств, которая уже содержит расходы на нанесение цифрового кода Data Matrix (сейчас — 50 копеек за упаковку без учета НДС). Дополнительные расходы могут стать особенно болезненными для производителей доступных лекарств: даже незначительная сумма пошлины может заметно снизить рентабельность препаратов с низкой ценой. Например, 1 рубль госпошлины с упаковки стоимостью 50 рублей уменьшит рентабельность на 2 процентных пункта.
Такое значительное снижение рентабельности может привести к сокращению объемов производства некоторых препаратов, особенно тех, которые включены в ЖНВЛП и цены на которые ограничены регулятором. Сегодня пересмотр цен на ЖНВЛП идет медленнее инфляции издержек, а любые дополнительные расходы усугубят положение дел. В крайних случаях производители могут вовсе снимать препарат с рынка из-за отрицательной маржинальности.
В таких условиях велика вероятность, что рост издержек производителей отразится и на конечных ценах для потребителей. Чтобы компенсировать возросшие расходы, производители будут вынуждены повысить цены на лекарства. Это особенно критично и актуально для доступных препаратов, которые составляют основу терапии для многих пациентов.
Пока неизвестно, какой размер пошлины будет установлен и какие именно препараты попадут под ее действие, поэтому говорить о конкретных цифрах преждевременно. Расходы на маркировку уже составляют значительные суммы, особенно для компаний с большой долей рынка в упаковках. Для «Озон Фармацевтики», например, эти расходы составляют более 150 млн рублей ежегодно.
Таким образом, дополнительная пошлина может серьезно изменить рыночную ситуацию и повлиять на доступность лекарств для населения.
Мы выступаем за систему маркировки «Честный знак», поскольку она способствует повышению прозрачности рынка и защите потребителей от контрафактной продукции. «Озон Фармацевтика» стала одной из первых компаний, вошедших в пилотный проект по маркировке. Эта система имеет большое значение для развития фармацевтической отрасли и обеспечения безопасности пациентов.
Тем не менее мы считаем, что расходы на систему маркировки должны быть ограничены. В конечном счете расходы транслируются на потребителя, а рост издержек ограничивает доступность лекарственных препаратов. Важно найти правильный баланс между обеспечением прозрачности рынка, бюджетными целями и курсом на рост доступности лекарств для населения.
Если лекарства действительно обложат госпошлиной за внесение данных в систему маркировки, это ударит по всей цепочке — от производителя до аптеки.
Во-первых, в себестоимость каждой упаковки добавится новая административная нагрузка. Для крупных игроков — это десятки миллионов строк данных в год, которые нужно внести, обновить и оплатить. Даже если пошлина будет символической, объем операций огромный, и в итоге все равно получится ощутимая сумма.
Во-вторых, рынок лекарств регулируется жестче, чем, скажем, обувь или молоко. Цены на жизненно важные препараты утверждены государством, и производители не могут просто «накинуть сверху» новые издержки. Поэтому часть игроков рынка, особенно дистрибьюторы и аптеки, будут перекладывать расходы на ассортимент, который не входит в список ЖНВЛП. Там рост цен может быть заметен — 3–7%, а в отдельных сегментах и выше.
И наконец, маркировка уже сама по себе дорогое удовольствие: оборудование, коды, интеграция с системой «Честный знак». Если к этому добавить госпошлину, рискуем получить не прозрачность, а «налог на технологию». Для государства это дополнительный источник дохода, но для рынка — демотиватор, особенно для малых производителей и аптечных сетей. А для потребителя — очередной фактор роста цен, который в фарме всегда ощущается острее, чем в других отраслях.