Biocad оспаривает в Суде по интеллектуальным правам (СИП) продление патента на противоопухолевый препарат даратумумаб, принадлежащий датской биотехнологической компании Genmab. Срок действия базового патента истек в марте 2026 года, однако Genmab продлила его до марта 2031 года. Российская компания подала иск 17 марта, 27 марта он был принят к производству. Третьим лицом привлечено Евразийское патентное ведомство.
Даратумумаб (оригинальный препарат «Дарзалекс») разработала Genmab, права на коммерциализацию принадлежат Johnson & Johnson. В России препарат упаковывают на инновационном заводе «Нанолек» в Кировской области.
В феврале 2026 года Biocad зарегистрировала собственный аналог «Даратумиа», но пока не вводила его в оборот. На сегодня он является единственным аналогом оригинального средства. Свой препарат с таким же действующим веществом испытывает ООО «Орфан-био», созданное в Сириусе.
Согласно данным Headway Company, объем госзакупок даратумумаба в 2025 году составил 18,2 млрд рублей. С 2020 года даратумумаб входит в перечень госпрограммы «14 высокозатратных нозологий», его закупают централизованно. Biocad собиралась вывести на рынок свой аналог, однако эти права были пролонгированы до 2031 года.
В рамках иска Biocad потребовала признать действия Johnson & Johnson по продлению патента актом недобросовестной конкуренции и не препятствовать выводу аналога на рынок, выяснил «Коммерсантъ». Предварительное заседание по этому иску уже прошло, следующее назначено на конец апреля. По словам управляющего партнера Nordic Star Анны Заброцкой, «каскадное продление» патентов создает искусственные барьеры и становится ядром подобных конфликтов.
Эксперты отмечают рост числа споров, связанных с продлением патентов на социально значимые препараты. Партнер Lidings Борис Малахов обратил внимание, что Biocad подала иск напрямую в СИП, минуя Роспатент, что может быть попыткой ускорить рассмотрение дела. Ранее аналогичные разбирательства касались пертузумаба (Roche) и дапаглифлозина (AstraZeneca).
В марте 2026 года Конституционный суд России подтвердил право российских фармкомпаний выпускать аналоги патентованных препаратов без согласия владельца патента при риске дефицита из-за санкций или высоких цен.
