Вспышка хантавируса, заставившая многих вспомнить пандемию COVID-19, кажется, заканчивается, не выйдя за пределы круизного лайнера, на котором началась. Длительный, почти три недели, инкубационный период, с одной стороны, дает возможность вовремя изолировать заразившихся и быстро выявить все их контакты, с другой — не позволяет пока установить, передали ли болезнь пассажиры, покинувшие судно. Пока в проигрыше туристическая отрасль: круизные теплоходы — идеальный рассадник болезней. А выиграла, правда в краткосрочной перспективе, Moderna: сообщение компании о том, что она занимается разработкой вакцины от хантавируса, отвлекло инвесторов от не самой лучшей отчетности компании.
Хантавирус обнаружился на круизном корабле MV Hondius. Круиз начался 1 апреля в Ушуайе на юге Аргентины. По мнению местных чиновников, «нулевой пациент» — 70-летний житель Нидерландов орнитолог Лео Шилпероорд — мог заразиться еще в Ушуайе при посещении мусорного полигона во время экскурсии. По другой версии, он заразился еще до круиза. Затем он передал вирус своей 69-летней жене. Оба они оказались в замкнутом пространстве круизного корабля — поначалу без симптомов. Впоследствии пара скончалась, успев передать инфекцию. В начале мая на борту было выявлено уже семь случаев хантавируса. Как минимум трое заболевших умерли.
Хантавирусы передаются через фекалии, мочу и слюну грызунов. Подтверждено существование около 40 хантавирусов, включая штамм Анд, которым заразились пассажиры судна MV Hondius , и который является единственным известным штаммом, передающимся от человека к человеку. Хантавирусы Нового Света, встречающиеся в Америке, имеют смертность до 50%. В Европе и Азии они менее смертоносны, убивая от 1 до 15% инфицированных. Заражение хантавирусом может привести к различным последствиям: от очень легкой инфекции до одного из двух серьезных заболеваний: хантавирусного легочного синдрома (ХЛС), при котором острая дыхательная недостаточность приводит к заполнению легких жидкостью, или геморрагической лихорадки с почечным синдромом (ГЛПС), которая вызывает острую почечную недостаточность и внутреннее кровотечение, рассказывает Джонатан Болл, профессор молекулярной вирусологии в Ливерпульской школе тропической медицины.
10 мая MV Hondius со вспышкой хантавируса на борту бросил якорь у берегов Тенерифе. 147 его пассажиров прошли медицинскую проверку и отправились в свои страны. Первыми с корабля сошли испанцы, их разместили в госпитале без возможности посещения и сделали два ПЦР-теста с разницей в неделю. Инспекция проверила судно и не обнаружила там грызунов, от которых хантавирус может передаваться человеку. Прибытие судна на Тенерифе вызвало протесты местных жителей, но представители Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) уверяют, что эпидемии не будет.
Власти стран, куда возвращаются пассажиры MV Hondius, предпринимают меры предосторожности: по прибытии всех пассажиров обследуют, а затем в большинстве случаев отправляют на самоизоляцию на несколько недель. Некоторые исследователи призывают ужесточить карантин: есть данные о том, что для передачи вируса от человека к человеку не обязателен длительный и интенсивный контакт, как предполагалось ранее.
Вспышка хантавируса серьезная и требует активных мер, но пандемией не грозит, пишет FT, разница с коронавирусом велика. Передача COVID-19 от человека к человеку происходила очень быстро, потому что инкубационный период составлял несколько дней. Инкубационный период андского хантавируса намного длиннее, почти 3 недели, что замедляет распространение, объясняет профессор Болл. «Поскольку передача вируса от человека к человеку ограничена, и его относительно легко сдержать, между заражением одного человека и передачей вируса другим проходит довольно много времени. Это означает, что есть достаточно времени для изоляции и отслеживания контактов, что может очень быстро взять вспышку под контроль. Таким образом, мы имеем дело с совершенно разными явлениями», — добавляет Болл, сравнивая хантавирус и COVID-19.
Но эта вспышка выявила потенциально опасную проблему, связанную с одним из самых быстрорастущих сегментов туристической отрасли — экспедиционными круизами, пишет Bloomberg. С точки зрения эпидемиолога круизное судно — идеальный рассадник болезней, причем самых необычных. На корабле могут собраться люди из разных стран, кто-нибудь может принести с собой заболевание с длинным инкубационным периодом, и вспышка проявится где-нибудь в середине пути — когда судно вдали от медучреждений и уже побывало в нескольких регионах. Локализовать инфекцию может быть уже поздно.
Кроме того, посещение необычных или труднодоступных мест, нетронутых массовым туризмом — то, что предлагают экспедиционные круизы — быстрорастущий сегмент на рынке путешествий. Это рискованно: посещая, например, отдаленные острова с дикой природой, путешественники контактируют с дикими животными и их патогенами.
Американский врач и ученый Стивен Куэй заявил, что 19 мая может стать решающей датой в определении распространения хантавируса за пределы круизного судна MV Hondius. Он подсчитал, что во всех случаях второго поколения — когда симптомы развились после контакта с «нулевым пациентом», Лео Шилпероордом, — заболевание начиналось в среднем через 22 дня.
Куэй предполагает, что случаи третьего поколения – заражений от пассажиров лайнера – начнут появляться примерно 19 мая, если инкубационный период, составляющий приблизительно три недели, останется неизменным.
Вакцины и лекарства от хантавируса уже существуют, но пока не тестировались на людях из-за недостатка финансирования и «неприоритетности» этой инфекции по сравнению с другими вирусами, пишет WSJ. Например, антитела к хантавирусу получил международный консорциум исследователей, биотехнологических компаний и НИИ при ВСМ США, а вакцину разрабатывает компания Moderna — правда, этот процесс еще на начальной стадии.
Именно Moderna выиграла от всей ситуации. Интерес к компании резко возрос, отмечает Barron’s. С начала мая бумаги Moderna на Nasdaq подорожали почти на 17%, несмотря на не самую сильную отчетность за квартал. Впрочем, пока дополнительный интерес инвесторов выглядит спекулятивным — будущее Moderna больше зависит от успехов с препаратами против рака.
