Прививочная кампания в России идет медленно, несмотря на наличие трех вакцин. Центр полевых исследований ИНСАП РАНХиГС провел исследование отношения к вакцинации в России и выяснил, что препятствует росту темпов вакцинации. Меньше всего доверяют информации о коронавирусе и не готовы вакцинироваться наименее образованные и обеспеченные респонденты, а одним из самых мощных стимулов все-таки сделать прививку является возможность выезда за границу.

Автор исследования: Дмитрий Рогозин, заведующий Лабораторией методологии федеративных исследований РАНХиГС

Для проведения онлайн-опроса 1400 респондентов Центр полевых исследований ИНСАП РАНХиГС использовал два разных коллектора: стандартное онлайн-таргетирование Центра полевых исследований РАНХиГС в фейсбуке и соцсети РБК (Facebook, «Одноклассники», Telegram, Twitter). В сравнении с Росстатом выборка демонстрирует смещение в сторону образованных городских слоёв, интересующихся информацией о коронавирусе (меньше людей со средним образованием, меньше жителей сёл и т.д.).  «Это та самая социально-ответственная группа, которая создает общественное мнение. Это не инфлюенсеры, которые выступают и пытаются склонить кого-то к какой-то точке зрения, а само общественное мнение. Поэтому на всю Россию распространять эти данные нельзя. Выборка приближается к данным городов-милионников, того, что когда-то называли «средний класс». Малодоходных и малообразованных у нас в выборке практически нет. Это выборка экономически активных людей, даже если у них произошел провал по доходам, то он временный, скорее всего. Весь наш посыл был в том, что мы смотрим на людей, способных самстоятельно принимать решения и влиять на решения других», — поясняет автор исследования,  заведующий Лабораторией методологии федеративных исследований РАНХиГС Дмитрий Рогозин.

Информированность о коронавирусе во всех слоях населения высока: доля тех, кто ничего не слышал о болезни, не превышает статистической погрешности. При этом мера вовлечённости в коронавирусные новости не зависит ни от материального благополучия человека, ни его места жительства или закредитованности. Единственный интересный параметр — это пол: мужчины в целом склонны к более интенсивному потреблению новостей о COVID («узнаю новое по несколько раз за день/каждый день»), а среди женщин чуть больше доля тех, кто довольствуется фоновым знанием о болезни.

Большинство респондентов доверяет официальной информации о коронавирусе «лишь отчасти» (44% опрошенных в целом по выборке). При этом услышанному или прочитанному молодёжь доверяет больше, чем респонденты старших возрастов. Вероятно, дело в том, что важнейшим фактором, влияющим на способность ориентироваться в новостях о коронавирусе, является образование. Менее образованные слои, как выясняется, меньше «доверяют» информации (вариант «совершенно не доверяют» выбирали от 31 до 41% респондентов без высшего образования) — не потому что менее лояльны властям или СМИ, а потому что воспринимают саму обстановку неопределённости (транслируемую медиа) как угрозу своему благополучию.

При оценках угрозы коронавируса для их личного здоровья респонденты вполне оптимистичны: 48% опрошенных не видят больших рисков для себя. Нет серьёзных отклонений по возрастам/уровню образования/дохода. В группе тех, кто оценивает угрозу как «незначительную», велика доля уже привившихся людей (37% при 30% привитых для других вариантов ответа). При этом одна из характерных особенностей выборки — высокая доля уже получивших вакцину (24% в целом).

На вопрос болел или болеет кто-либо из членов семьи респондента коронавирусом ответы разделились практически надвое: у 42% кто-то болел, у 44% — не болел. Интересно крайне малое число тех, кто сомневается в диагнозе своего родственника: около 10%. По всей видимости, обычные симптомы ОРВИ и других заболеваний не вызывают моментальной обеспокоенности семейного круга, автоматических подозрений о наличии ковида. Не исключено, что это связано с особенностью восприятия опасности коронавируса: болезнь уже в кругу близких человека, но она ещё не касается его непосредственно. Это, помимо всего прочего, одна из явных причин торможения прививочной кампании.

Закредитованные россияне с доходом на семью менее 100 тысяч рублей в половине случаев вовсе не собираются вакцинироваться. По-видимому, опасность коронавируса в их сознании отступает под натиском других, более насущных проблем. И если на старте пандемии говорили, что она ударяет в первую очередь по пожилым и состоятельным жителям «золотого миллиарда«, то сегодня можно с уверенностью говорить, что более бедные и менее образованные слои населения оказываются и самыми беззащитными — в силу неспособности принять пандемические риски всерьёз. Доля тех, кто не будет вакцинироваться ни при каких условиях, в нашей выборке — около 40%. В среднем около 20-30% опрошенных из разных социальных групп признаются, что при определённых условиях они готовы были бы получить прививку. Что интересно: доля готовых прививаться «при условиях» заметно выше в бюджетном секторе (45%).

О каких условиях идёт речь? Самая популярная группа факторов связана со временем, необходимостью дождаться результатов реальной апробации вакцины и её безопасности:

  • “Может быть соглашусь при условии достаточных испытаний, во всех фазах, открытой и доступной аналитики”
  • “Спустя полгода после того, как прививку сделают 50 млн. человек”
  • “Нормальных глобальных тестирований, реального описания побочек, выявлении всех факторов риска”.

Следующее по популярности условие способное повлиять на желание прививаться — это наличие выбора разных вакцин:

  • “Если будет возможность выбора вакцины. Я бы выбрала Пфайзер”
  • “Только вакциной сертифицированной в ЕС”
  • “Если будет возможность выбрать вакцину самостоятельно”.

С этим запросом соседствует и другой — на качественное медицинское сопровождение вакцинации:

  • “Если мне докажут, что прививка не пойдёт мне во вред, хотя у меня два аутоиммунных диагноза. Но у нас спецы такими вещами не заморачиваются”
  • “Полного обследования организма, проверки на антитела. 100% ответственности врачей на последствия!!!”
  • “Если перед прививкой проведут полное бесплатно обследование на предмет противопоказаний”.

Многим получить вакцину сейчас мешает тот факт, что они уже переболели коронавирусом, или имеют отвод от прививок по медицинским показаниям:

  • “Когда закончится беременность и кормление, если ещё это будет актуально”
  • “Уменьшение IgG до минимальных референсных значений”
  • “Если врачи разрешат”.

При этом фактором, увеличивающим привлекательность вакцины, оказываются открытые границы и возможность путешествовать:

  • “Если станет на 100% безальтернативно понятно, что только с прививкой можно будет ездить за границу”
  • “На условиях выдачи ковид-паспорта для выезда за границу”
  • “Полное освобождение от тестов и карантинов при загранпоездках”.

Наконец, для некоторых респондентов значимым фактором может стать только большее давление со стороны — будь то прямая угроза увольнения или резкое обострение эпидемиологической ситуации:

  • “Если меня лишат возможности работать и зарабатывать”
  • “При необходимости (поездка, трудоустройство и тд)”
  • “При заболеваемости более 20 тыс.чел. в день”
  • “Новый штамм”.

Небольшая группа респондентов предпочитает называть трудновыполнимые условия, подчёркивающие её нежелание вакцинироваться и недоверие прививкам в принципе:

  • “Что вколят из той же баночки что и одному из высших должностных лиц государства. в той же комнате, в то же время и тд
  • “Если бы заплатили 100000$”
  • “Компенсации жене в случае моей смерти и уголовной ответственности создателей вакцины”.

Рассуждая о том, какую пользу или какой вред может принести вакцина, респонденты давали исчерпывающие ответы. Главный аргумент в пользу прививки — это, конечно, большая безопасность для своего здоровья (в диапазоне от “вовсе не заболею” до “легче перенесу”):

  • “Я болела, и это тяжелое и опасное заболевание. Муж умер от КОВИДа. Вакцина даст возможность если переболеть, то легко”
  • “Привит значит защищен”

Ещё одна заметная группа аргументов в пользу прививок — это возможность защитить своих близких, а также людей в целом (здесь обнаруживается группа альтруистов):

  • “Уменьшается риск заразить других людей, в том числе из групп риска”
  • “Я с меньшей вероятностью стану распространителем вируса; чем больше привитых людей, тем ближе популяция к коллективному иммунитету, тем меньше мутаций”
  • “Если больше половины населения России вакцинируются в короткий срок, то мы быстрее преодолеем пандемию, и люди перестанут умирать”.

Наконец, два последних значимых фактора в пользу прививок — это большая свобода (общения, возвращения к нормальной жизни и т.д) и большее спокойствие:

  • “Уверенность в жизни, здоровье! Даже если заболею-мне легче психологически перенести болезнь”
  • “Исчезла депрессия и беспокойство,  ощущение,  что вернулась к нормальной жизни”
  • “Свобода перемещения, психологическая стабильность”.

Для этой последней группы главное преимущество прививки — избавление от анти-коронавирусных мер, которые существенно снижали качество её жизни. Наконец, есть люди, которые видят главную пользу вакцины в получении специального сертификата: “Будет сертификат”, или облегчении условий работы: “Появится иммунитет, на работу буду приезжать без обсервации, так как работаю вахтой”.

Что касается вреда, то абсолютным рекордсменом при ответе на этот открытый вопрос стал вариант “побочные эффекты”. Причём последние, при наличии специальных пояснений респондента, могут быть очень разными: кто-то опасается, что обострятся его хронические заболевания, а кто-то верит в то, что после прививки станет бесплодным:

  • “Какие-то долговременные негативные последствия для здоровья в связи с недостаточными проверками и тестированиями применяемых вакцин”
  • “Побочные эффекты в области репродуктивных функций”
  • “Тяжелые побочные эффекты в виде значительного продрома и диспептических явлений”

Можно выделить и группу респондентов, уверенных, что вакцина может что-то изменить в структуре их ДНК:

  • “Долгосрочные последствия генетического вмешательства в меня мне неизвестны. Я опасаюсь их и опасаюсь второго укола”
  • “Не нужно лесть в мою деэнка, у меня и так полно заболеваний и ещё онкология, хотите раньше нас отправить на тот свет. Мы и сами уйдём без вашей помощи. Два века в России никто не живёт”.

Помимо “генных” опасений, существует целый спектр других предубеждений и подозрений:

  •  “У меня нет достаточного количества информации, её не публикуют и потому все это подозрительно”
  • “При разваленной медицине, как в России, изобрести вряд ли что можно”
  • “Заболею: как гриппом — делаю прививку и болею, не делаю — не болею”.

Интересно, что среди факторов, усиливающих опасение перед введением вакцины, есть и предельный — опасение умереть. Причём фразы “умру”, “летальный исход”, “смерть” обнаруживаются в статистически значимом количестве анкет:

  • “Могу умереть или откажут органы. Все вакцины имеют ограниченный срок действия прививаться каждый год не хочу”
  • “Мой брат умер после второго этапа”
  • “Угроза как здоровью, так и самой жизни”.

Более оптимистичные и рациональные респонденты опасаются двух основных осложнений после прививки: болезненных гриппозных ощущений сразу после введения вакцины и возможных аллергических реакций на её компоненты впоследствии:

  • “В долгосрочной перспективе возможные аллергические реакции. Надеюсь их не будет”
  • “У некоторых знакомых после вакцинации поднялась температура и сильно ухудшилось самочувствие. Думаю, это же может произойти и со мной”.

Наконец, отдельные опрошенные считают, что вакцинация опасна тем, что снижает бдительность граждан, делает их отношение в вирусу легкомысленным:

  • “Мне страшно, что можно быть переносчиком, несмотря на вакцину. То есть, условно, так я бы почувствовала недомогание и приняла бы меры, а если сделать вакцину, можно просто всех ходить заражать”
  • “Возможность потерять вирусную настороженность”.

Оставьте комментарий

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь